|
|
|
|
 |
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
Светлана Борминская
Рисовальщик
А ты люби меня…
Часть 1.
Ночью едва он заснул, зазвонил телефон - мобильный он отключил, а городской номер знали только близкие и родные ему люди…
- Да-а-а?.. Не морочьте мне голову! Что-о-о?! Сам такой!.. А иди ты!..
И только утром он понял - ему звонил мертвец.
- Мммааа?..
- Что ещё? - спросонья осведомилась жена.
- Мммааа!..
Жена поглядела на него уже внимательнее.
- Мммы ж его похоронили… две недели назад, - наконец выговорил он. - Оооставив телефон в кармане… просто так - для приколу!
- Ничего себе прикол! - смачно зевнула жена. - И что?
- Он мне позвонил ночью…
- Кто, Гриша? - привстала жена.
- Покойник, - позеленев, тихо выговорил он.
У жены упал с головы тюрбан.
- Да это сон, Гриша! - наконец, подобрав тюрбан и одев на прежнее место, нервно засмеялась она.
- Нннет, Нннэлька - ты ж сама мне протянула трубку.
- Да-а, что-то было, - села на кровати жена. - И что он тебе сказал?
- Я задыхаюсь! - прохрипел он.
Супруга, закусив рукав ночной рубашки, помотала головой:
- О, боже! - застонала она.
- Надо проверить!
И супруги Чаплыжкины, быстро, как сумасшедшие, оделись и помчались по лестнице вниз. Через три минуты они уже неслись по дороге к Митрофановскому кладбищу на единственном в Ершове белом «Мазератти».
- Я даже носки не одел, - пожаловался Чаплыжкин.
- А я бюстье, - протирая носовым платком глаза, пожаловалась Чаплыжкина.
В могиле никого не было. Даже гроба.
В яме лежал скомканный спортивный костюм.
- Несвежий, - отметил Чаплыжкин.
- В котором хоронили, - согласилась Чаплыжкина.
Супруги переглянулись.
- Одного ботинка нет, а хоронили в двух! - Чаплыжкина побледнела.
На супругов, как праведник на чертей смотрел одним глазом разбуженный ими ни свет, ни заря могильщик - которого они заставили за 50 долларов «отрыть милого покойного Гену - с которым говорили ночью!!!»
- Ну и кто этто с вами говорил? - кивнув на костюм, сквалыжно спросил могильщик и, протянув руку, испачканную в земле, ещё сквалыжнее потребовал:
- Баксы на лапу!
- На, мил человек!.. - вытащив смятые доллары, сунул их в грязную руку Чаплыжкин. - На!
- Значит - звонил не Гена, - сжав зубы, невнятно произнёс Чаплыжкин.
- А может, как раз Гена - его же нет в могиле, - деликатно предположила жена.
- Что же теперь делать?
- Будем ждать.
- Чего?!
- Звонка…
- Чтоб он сдох, - вдруг сказал Чаплыжкин.
- Ты что? - зашикала на него жена. - Он же тебе пожаловался…что задыхается!
- А что он нас пугает?
- Да, может он помощи просил?..
- Он меня свиньёй назвал, - Чаплыжкин сжал зубы.
- Ну и что? - пожала плечами жена.
- А телефон куда? - спросил могильщик Чаплыжкина.
- Давай сюда, - и, отерев от земли, сунул себе в карман.
- А костюм? - могильщик поднял с земли синюю куртку.
- Носи, - разрешила Чаплыжкина.
- Правда? - заулыбался могильщик. - А может вам жалко?.. Сами сносите.
- Носи, не жалко, - от души сказали супруги.
- Ну, ладно! А чо, мне как раз, если рукава подвернуть, - обрадовался тот.
- Всё, что выкопаю здесь - моё! - похвастался могильщик, прикладывая костюм к телогрейке.
- А что ты здесь выкапываешь? - загорелись глаза у супругов.
- В основном – кости, - почесав нос, признался могильщик.
- А что ещё? - прокашлявшись, спросил Чаплыжкин.
- По мелочи - косточки, зубки, коронки…- стал загибать пальцы могильщик. - Колечки, часы…
Супруги отошли под липу, а могильщик перечислял:
- Белое золото, жёлтое золото, розовое золото…
- Слушай, а ты уверен?! Ну, что это он?! - отвернувшись, спросила Чаплыжкина.
- Да, - снова позеленел Чаплыжкин.
- Может, кто-то говорил его голосом?- Нет, он сказал, - Чаплыжкин снова прокашлялся и сказал голосом покойного: - Друг Ча, я задыхаюсь! Спасай!
- Повтори-ка! - попросила супруга.
Чаплыжкин повторил.
Ассиметричный рот Чаплыжкиной скривился…
Супруги постояли на краю могилы и двинулись к выходу с кладбища.
- А с могилой что делать? - крикнул им вслед примерявший новый спортивный костюм могильщик.
- На твоё усмотрение - солидно ответил Чаплыжкин - директор местного рынка, но, постояв у ворот кладбища, усадил супругу в водительское кресло и, останавливаясь через каждые три шага, медленно вернулся к разрытой могиле.
На него удивлённо воззрился прежний могильщик в новеньком костюме «Пума».
- Передумали? - вздохнул и стал снимать штаны на подкладке.
- Ты это…- наклонился к нему Чаплыжкин. - Чтоб - ни гу-гу!.. А то-о-о…
- Да я ж понимаю! - с жаром шепнул могильщик. - Я ж - профессионал!
- Я это сразу просёк, - неопределённо улыбнулся Чаплыжкин. - На вот тебе ещё, дружок…
- Спасибочкис.
ЕЩЁ ОДИН СЮРПРИЗ
Если бы Григорий и Нелли Чаплыжкины немножко поглядели направо, налево, и вообще по сторонам прежде, чем разрыть могилу своего друга Геши Суэтина, то, наверное, заметили - местоположение захоронения сместилось на четыре метра к большому пню. То есть венки, стаканчики со свечами, непочатая бутылка водки, которую, как ни странно, никто и не подумал украсть - всё было совсем не там…
?
??
???
А просто на Митрофановском кладбище сегодня состоялся последний эпизод оперативной игры по выявлению среди друзей убитого Геннадия Суэтина его возможного убийцы.
Могильщик-опер снял с себя костюм, подождав пока Чаплыжкины отъедут подальше от кладбища, и подошёл к кустам. Там на пеньке сидели и клевали носом ещё два оперативных сотрудника с видеокамерой.
- На этой неделе пятые его откапывают и на той - пятеро, - зевнув, сказал он. - У остальных друзей Суэтина твёрдое алиби - они в ту ночь никак убить Суэтина не могли.
Днём на оперативном совещании.
- Ну, всё, - сказал начальник ершовского оперативного отдела майор Кобздев. - Всех друзей мы его проверили... Выводы?
В кабинете повисла тишина.
- Выводы? - строго повторил Кобздев.
- Все, кто приезжали ночью и выкапывали гроб с телом покойного… - начал и замолчал самый старый из оперов, капитан Мурмулёв.
- Выводы! - повторил начальник и строго обвёл глазами присутствующих.
- Значит, Суэтина убили не друзья, - осторожно добавил Мурмулёв, оперативники закивали.
- А кто ж? - Кобздев открыл шире глаза.
- Выходит - враги, - с трудом выговорил Мурмулёв очевидное.
Врагов у Геннадия Суэтина было полгорода, и проверить их таким остроумным способом как крик о помощи задыхающегося в гробу…
- Что? - грозно спросил начальник.
- Не представляется возможным! - хором ответили оперативники.
- На сегодня всё - идите спать, - разрешил начальник, зевая.
День подходил к своему завершению, в Ершове наступал вечер.
Убийство ершовского авторитета и похищение картины - за две недели раскрыты не были. Если бы милиционеры проверили настоящую могилу - каково же было бы их изумление - там тоже никто не лежал, как и в той, импровизированной - рядышком с ней… и дело сдвинулось бы с мёртвой точки.
Но - всё шло своим чередом.
ДВЕ НЕДЕЛИ НАЗАД
Геша Суэтин по кличке «Степь да степь кругом…» вылез из могилы и перекрестился - его действительно, похоронили в тот день, и он действительно не умирал - а притворялся. И могила была с замаскированным выходом, а гроб с запасной дверью, и при Геше на всякий случай было три мобильных телефона, а не два, как всегда.
Геша в свои шестьдесят лет хотел в этой жизни только одного - уехать из Ершова и чтобы его не искали. Уехать сразу после погребения, захватив с собой любимую женщину, собаку и грузовик денег.
Но не тут-то было - в тот первый раз опера спугнули его голосами, он как раз уже вылез и хоронился за пеньком - и оттуда услышал, что его подозревают в краже картины из местного музея. Опера были уверены - будто бы сперва Геша украл картину, за картину Гешу кто-то убил - и если найти убийц Геши - найдётся и картина или наоборот - если найдётся картина, значит, её новоиспеченный хозяин - убийца Геши, который картину стибрил.
Эта версия могла бы раскрыть сразу два взбудораживших город преступления.
- Сразу и одновременно! - повторял ровно две недели майор Кобздев, которому версия пришла в голову…
И Геша был вынужден вместо Лазурного берега - оставаться в Ершове, чтобы узнать - что в итоге выяснится? Так как картины он в глаза не видел, в музее за шестьдесят лет был один раз, когда учился в школе, и надо вам сказать - и без картин деньги к нему лились рекой.
- С чего они это взяли? - возмущался Геша такими предположениями местных уголовных сотрудников. - Просто цирк.
- Поехали в Ниццу! - попискивала любимая Гешина женщина.
- Да-а, я уеду - а вдруг они в настоящую могилу полезут - картину искать, а меня-то там и нет! - метался по дому любимой Геша. - Меня что, тогда, Рая?..
- Не знаю, - начинала плакать любимая женщина, закатывая самые красивые в Ершове глаза.
- Я - знаю! - басил Геша, присаживаясь рядом на кровать. - Объявят в розыск!.. И Интерпол вернёт в Россию и меня и тебя и собаку, и наш грузовик денег!
- Что же делать? - испуганно спрашивала Рая.
- Если б я знал! - кричал Геша, укладываясь спать.
А утром…
- Каждая минута в этой жизни должна приносить удовольствие! И что я здесь сижу? - спрашивал себя Геша, расхаживая по чердаку, с которого была видна его передвинутая могила - он две недели подряд наблюдал, как его раскапывают, не находят и снова закапывают, и в голове его роились чрезвычайно грустные мысли.
МУЗЕЙНАЯ КРЫСА
Только одна музейная крыса видела и знала в лицо похитителя картины, из-за которой Геннадий Суэтин был вынужден скрываться в частном доме Раисы Охапкиной на улице Колхозной.
Картину, свёрнутую в рулон похитил муж крысы - большой и умный крыс Тимофей и съел в укромном углу под полом Ершовского городского музея прикладного искусства.
Крыса долго стыдила Тимофея за то, что он не поделился с ней и их двенадцатью детьми!
- Как ты мог! - кричала крыса на супруга, а дети глядели на них, не мигая, из разных углов подпола под музеем. - Как ты только мог, Тимофей!!!
Тимофей молчал.
Он мог всё.
ЧТО ДЕЛАТЬ?
Он был очень талантливый, и если бы родился под другой звездой - возможно, стал учителем или врачом. Вот только бытиё, в котором рождается человек, определяет всё его будущее.
С этим можно спорить - вспомнив, хотя бы Ломоносова, но жизнь диктует свои условия, и не каждый будет плыть против течения.
А зря…
Геша лежал на чердаке, во дворе у дома Раисы стоял грузовик с деньгами и думал - вот ведь как - всё у меня есть, а из дома выйти не могу! Вот ведь как…
Геннадий промышлял незаконными операциями всю жизнь. Он был «цеховиком» до 90-х и удачливым бизнесменом ещё лет десять. Последнее время, посвящая себя посредничеству между властью и остальным миром. Не по зову сердца или ума - просто так легли карты жизни Геннадия Бертрановича.
И те же карты подсказали ему - Гена, уезжай, тебе осталось здесь совсем немного жизни. Гена где-то незаметно перешёл ту грань, в общем, стал знать слишком много для смертного в этом городе и этой стране. Пусть даже очень небедного смертного.
И он устроил нападение на себя с последующими похоронами…
Чего ему это стоило?
Денег.
Но - привело лишь к тому, о чём вы прочитали перед этим.
- Что же это за картина такая? Выходит, если б я её похитил, то за неё меня убили мои же друзья? - не давала покоя Геннадию Бертрановичу навязчивая мысль. - Можно подумать, меня и убить больше не за что? Ну, опера, ну, циркачи…
Ведь если бы какой-то олух не украл её аккуратно за день, когда он инсценировал свою смерть - в эти самые минуты господин Суэтин плескался бы в Средиземном море и учил хохотушку Раю плавать, а не лежал у неё на чердаке в конце пустынной улицы.
На Геннадии был надет синий костюм «Пума», один в один - какой на кладбище вырыли супруги Чаплыжкины в последнюю пятницу.
- Что же делать?! - спрашивал себя Геннадий Бертранович.
БРАТ ПО НЕСЧАСТЬЮ
На дорогу вышел огненно-рыжий крыс Тимофей. Голова у него кружилась. После съедения картины он вдруг почувствовал себя не в шутку плохо. Если бы кто учёный объяснил крысу, что в масляных красках содержится большой процент свинца - Тимофей ни под каким видом не стал бы ей завтракать.
Смотреть на Тимофея без слёз было почти невозможно. Он едва шевелил усами на розовой морде.
- Что же делать? - спросил Тимофей луну.
Его супруга собирала деньги на поминки и готовилась к невеселой роли вдовы.
ПРЕДЪИСТОРИЯ
Всё что касается этой свёрнутой в рулон картины, хранившейся до последнего в углу запасника музея прикладного искусства…
Про картину поподробнее пошла узнать мать Раисы - Галина Ивановна. Шла она недолго - на улицу Коммунаров, к уборщице музея прикладного искусства Нинели Константиновне Гриб.
- В ней есть… то есть была - божья искра! - подумав, сказала уборщица.
- А ты её видела? - посидев и подумав, спросила Галина Ивановна, которую никто за всю жизнь обмануть так и не смог. Бывают такие женщины.
- Да! - подозрительно быстро сказала Нинель Константиновна.
- И что на ней нарисовано? - одарила её ещё одним взглядом Галина Ивановна.
- Живое препятствие…на пути, - пробормотала уборщица.
- Что это значит? - и не думала сдаваться Галина Ивановна.
- Ну, - встала и развела руками Нинель Константиновна. - Искусство нельзя описать вербально.
Галина Ивановна напряжённо вгляделась в одухотворённое лицо уборщицы.
- Ну, словами, - смилостивилась та.
Галина Ивановна покачала головой и тяжело вздохнула. Оригинальностью мыслей Нинель Константиновна славилась с детства - её
из-за этого трижды не приняли в педучилище.
- А фотографии этой картины не осталось? - доставая торт из сумки, кивнула на чайник Галина Ивановна.
И через день на чердаке у Геши лежали две фотографии из музея. На них, в чёрно-белом варианте была отображена сущность и внешний вид пропавшей картины.
- Шедевром тут и не пахнет, - повертев их в руках, сказала Рая.
- Чёрт знает что! - Галина Ивановна, хоть и проработала всю жизнь поваром в школьной столовой - в искусстве понимала.
Геша взял обе фотографии, долго глядел на них и тоже не впечатлился.
На самом деле - ничего такого, за что можно убить - в картине не было. Висел какой-то занавес, по виду тяжёлый, а за ним что-то стояло - то ли человек, то ли шкаф? Ветер из окна дул и занавес внизу сдуло, и были видны - то ли ноги, то ли ножки от шкафа…
«Я такую лабуду за пять минут нарисую», - подумал Геша и велел:
- Купите мне краски и два холста.
Мать и дочь переглянулись, и тут впервые в сердце Раисы закралось подозрение - что не будет она ближайшее время плескаться в Средиземном море. И в Адриатическом тоже, ой, не будет!А потом - когда-нибудь, может, ещё и буду! - успокоила себя Рая.
Что касается грузовика, который стоял во дворе дома Раисы Охапкиной, он, конечно, был не с деньгами. В нём, безусловно, лежал багаж, который Геша хотел увезти с собой, а деньги он хранил в банках на территории двух иностранных княжеств - Лихтенштейна и ещё одного такого же. Так вот, в грузовике этом лежало кое-что интересное, и оно-то привлекло к нему внимание милиции.
И грузовик конфисковали, доставив к ОВД на улицу Воровского. Картины там не было, но было столько вещей, что, пожалуй, стоили они поболее той картины.
И вдобавок - привезли туда же Раису.
- Отчего же вещи, принадлежащие вашему убитому любовнику, хранятся в крытом грузовике у вас под окном? - спросили Раису там.
- Не вы ли, ради этих дорогостоящих вещей, убили его, Раиса Дорофеевна? - задали ей ещё один вопрос и добавили:
- Насмотревшись американских боевиков?..
Раиса молчала, как рыба, она как раз держала в руках холст и краски, которые купила Геше, раз он просил.
- Его убили по всем канонам классического убийства - он вышел из машины, и ему мощным ударом сломали гортань! - поведали ей тут же и осеклись - Раиса представляла собой очень хрупкую для Ершова женщину. И в связи с этим - была отпущена примерно через час после соблюдения всех формальностей.
- Не вы ли уважаемая Раиса свели в могилу, своего пожилого надоевшего вам до чертей любовника и завладели этими прекрасными вещами? - шла и повторяла на разные лады Раиса, пока не свернула к собственному дому. - И чего я с ним связалась? На, рисуй! - протянула она Геннадию Бертрановичу кисти, краски и холст, забравшись на чердак.
Геннадий удивлённо посмотрел на неё и вздохнул. Он переставал узнавать свою весёлую любовь.
- Скоро уедем, Райка! - на всякий случай пообещал он.
Но праздника не получилась.
Содержимое конфискованного грузовика утром следующего дня можно было обозначить примерно так - хоть шаром покати.
- Ну, не покойнику же отдавать?
Резонно.
Из газеты «Ершовский путь»:
«Город Ершов назван совсем не в честь ершей, живущих в местной речке. Издавна в городе делают «ерши» - для чистки бутылок, но сейчас производство этих нужных в хозяйстве полезных штук, сошло, практически, на нет. Китайский ширпотреб заполонил все прилавки необъятной России».
*** *** *** *** ***
© Copyright "Regional public fund of assistance for development of a civil society and civil public innovations «PROSPECT»" created 2005